Я приехал в Новый Уренгой в 1990 году и ничего в нём не узнал. Бараки посносили, помойки закопали, везде были много-

этажные жилые дома, асфальтовые дороги и множество разноцветных легковых машин. Мать получила двухкомнатную квартиру в пятиэтажке. Для начала я устроился в вечернюю школу, а потом на работу в свою бригаду сварщиком.

На улице, случайно, я встретил Лилию, бывшую однокласницу по школе, откуда меня выгнали, купил розы и пришёл к ней на работу в детский сад. У меня никогда не было сексуальных отношений, и я хотел закрутить с ней любовь, но оказалось, что она уже замужем за мясником и счастливо живёт.

Лилия рассказала про одноклассников и в том числе, что командир класса Пётр сдох от сердца.

Проработал я месяц и понял, что всё, что меня окружает − это совсем не то, что мне нужно. Работа, пьянки в бригаде, кинотеатр и пустая болтовня мне были неинтересны. Может быть, мне нужно закончить институт и стать большим начальником? Или мне нужно учиться на ядерного физика и работать потом в сверхсекретной лаборатории? Или нужно найти красивую девушку и жениться? Хрен его знает, что мне нужно, для начала надо школу закончить.

Как-то пошёл я с коллегой в кабак праздновать День молодёжи и встретил там Виктора (мы несколько раз ездили с ним по этапу в Тюмень). Когда Виктор увидел меня, то искренне обрадовался. Выпили, Виктор спросил, кем я работаю и сколько получаю? «Работаю сварщиком, получаю 800 рублей». «В день, что ли?» «Почему в день, в месяц». «Ты дурак, что ли?» «Не знаю, может, и дурак». «Сейчас такое время, что везде валяются деньги, нужно только уметь их поднять». «Но я не вижу, где они валяются и тем более не знаю, как их поднимать». Виктор cказал: 

«Пошли к заведующей».

И через 10 минут я работал в этом кабаке.

Работать в кабаке было весело, орала музыка, пьянки не кончались и деньги падали с неба. Я проработал там недолго, всего пару месяцев.

В стране начиналось суровое время, многочисленные банды разных национальностей росли как грибы, менты хватали и сажали всех подряд.

 

Я понял, что если сегодня ночью не свалю, то завтра мне влепят мои год и одиннадцать месяцев без трех дней, и я поеду на строгий. А строгий у нас − в замечательных северных городах, и неизвестно ещё, вернусь я оттуда живым или нет.