Суфийская школа «Духовные и Мистические Практики»

ПРЕДСТАВЛЯЕТ 

Суфийская Школа «Восходящий Поток»

Автор: Руслан Жуковец

 

Например, вот с самого начала поиска, что оно будет, понятно, что оно идёт из неудовлетворённости, и человек ищет, как избавиться от неё, избавиться от дискомфорта, который она приносит.

Здесь опять мы вынуждены говорить о нашей ситуации, если смотреть широко. То есть люди, которых Богом обусловили с детства, в разных традициях, иногда они могут прямо в рамках, в том же, например, если брать суфийские, когда Суфизм существовал в нормальном виде, то люди, которые чувствовали необходимость в чём-то большем…

Как правило приходят по-настоящему на мистический Путь те, кто чувствует, что этот мир для них мал, он их не удовлетворяет. То, что может предложить мир, их не насыщает, им не подходит: у них нет жажды к власти, условно говоря, у них нет жажды к бесконечным удовольствиям. У них есть жажда такая, которая может быть неясно сформулирована, она, может быть, ими не осознаётся до конца, потому что много наслоений. Нас очень долго обуславливают тем, что надо жить ради мира, надо рожать детей обязательно, надо создать семью, это с детства начинают вдалбливать. Я не успел родиться, мне говорил дед: «Хотелось бы погулять на твоей свадьбе», мне кажется на двух он успел погулять, на каком-то количестве он успел побывать, два раза как минимум сумел, а, может быть, даже три, сейчас уже и не вспомнишь.

И эта обусловленность: у вас всех есть настрой на определённый стереотип, как вы должны жить. И та жажда, которая у вас появляется внутри, которая требует иного, очень долго подавляется просто в силу того, что вы думаете, что вы сумасшедший: это не правильно, так не должно быть, вы начинаете себя напрягать в результате, вы начинаете стремиться подстроиться под требования близких, вашего круга, в котором вы живёте, в котором вы общаетесь. И в какой-то момент этот разрыв – я про это писал, – уходя от этого напряжения и от мира, вы начинаете спиваться, наркоманить ещё, может быть, либо вы начинаете идти против. Вы вынуждены, это та часть, в которой вы начинаете идти против этой самой своей собственной обусловленности и, до некоторой степени вынужденно, вы начинаете идти против давления близких, которые хотят вас в определённое русло направить.

Здесь это неизбежная вещь, здесь никуда не деться, потому что по-другому никак. И тогда ваша жажда, это ваше так называемое желание странного, ваша какая-то потребность в том, чего здесь нет, вы её начнёте ощущать более явно, вы перестанете её подавлять. И в какой-то момент начнёте принимать себя, потому что когда вы чувствуете, что вам это не надо, а вам все суют в нос это и говорят, что надо, что вы просто этого не понимаете, что вы идиоты, они говорят: «Мы для тебя стараемся всю жизнь, на жри!» или что там. Это же на самом деле так всё время. И вы не можете, вам никто не даёт особенно даже поднять голову. И, грубо говоря, в тридцать лет вы начинаете понимать, что жизнь уходит даром. Кто раньше, кто позже, это другой разговор, правда зависит в силу разных обстоятельств.

И тогда появляется возможность посмотреть вокруг. Посмотреть и понять что же, почему вы не можете вписаться в этот мир, точнее вы, может быть, и вписываетесь, но с таким напряжением, что можно сдохнуть от этого, и что эти ваши усилия… То есть это не жизнь, это какое-то существование во благо каких-то общественных, семейных, не знаю каких, всяких ценностей, ради какой-то карьеры (кому она нужна – непонятно) и так далее.

И в этот момент вы как раз приходите к пробуждению. Пока вы в Нисходящем Потоке, Бог будет для вас пугалом; тем, чем вас пугают. Богом пугают в большинстве религий, потому что христианский Господь, Он же и мусульманский такой же, чуть-чуть Он отличается, прямо скажем: это всё страшный суд, вот вам заповеди, вот вам правила жизни, вот вам делайте так, так и так – и здесь вы не пробудитесь, здесь вы попадёте в новую кабалу, или, если вы в ней уже живёте, разницы никакой. И для религии Нисходящего Потока… А все религии, в которых присутствует много людей, то есть мы можем сразу отделить, любая религия – это Нисходящий Поток: это крестины, это поминки, это отпевание, это крещение, обрядовая часть обязательная, венчание, и это для бессознательных людей подпорки в виде морали, в виде заповедей, десять заповедей у кого, у кого тринадцать, у кого пять столпов Ислама обязательных. Это просто способ – из скотов – не дать людям совсем уйти в желания. То есть религии ограничивают, они дают бессознательным людям какой-то типа: «Не уйдите в тьму совсем, люди, держитесь за это».

И здесь, в этих религиях, вы будете спать точно также, только сон будет другой, смена сна. Также надо стремиться добродетели себе копить, надо подавать нищим, как-то вести себя, как порядочные; жадность подавлять и подавать всё время людям, которые не хотят работать (я не понимаю, как это так может быть) и так далее.

И пробуждение это начинается в момент, когда эта жажда, эта внутри потребность, которая не даёт тебе вписаться в мир, она раскрывается, она начинает раскрываться, когда ты позволяешь ей раскрываться, когда ты позволяешь этому всему выйти наружу и наконец-то начать искать. Это как магнит: эта жажда, эта внутренняя потребность, она начинает тебя вести в поиск фактически. А ковыряние в себе – это до того. Это как раз до того: пока ты пытаешься разобраться, что же со мной не так. Почему все люди как люди, а я как на блюде всё равно?

И истинный Путь уже начинается с того, когда ты придёшь к осознанию того, что ты не такой как все. Причём и ни в плохом смысле, и ни в хорошем. Просто не такой, просто у тебя есть потребность внутри, которая не утоляется. Как пела группа «Пикник»: «Я надеюсь, этот мир не утолит тебя ничем», у них есть такая фраза, когда ты понимаешь, что этот мир не утоляет тебя. Он, может быть, какие-то сиюминутные желания выполняет, он, может быть, даёт даже удовольствия какие-то, но это всё, по сравнению с внутренней неудовлетворённостью, это всё ничто, это всё ни о чём.

И если продолжать вписываться в этот мир, то это умереть – чуть раньше, чуть позже, – но, прожив жизнь с ощущением того, что всё это было зря, что это всё была одна бесконечная мука. Причем, можно мучаться, когда мучаешься ради высшей цели, что попадёшь в рай – это одна история. А когда просто мучаешься – это другая история. И так сразу хочется запить, конечно, и так далее.

Поэтому в этот момент, когда ты эту жажду начинаешь ощущать, даже не то, что жажду – потребность. Это что-то внутри, ту часть, которая требует, которая знает, которая помнит о том, что есть нечто другое, что существует другой мир. Это притча про сокровище у Идриса Шаха, когда были посланы… В общем, не будем её сейчас приводить, потом почитаешь, «Сокровище» – правильно я помню, «Сокровище», или как-то?.. Нет, по-другому называется… «Драгоценность». У Идриса Шаха есть притча «Драгоценность» на эту тему.

И тогда уже всё равно ты понимаешь, что тебе нужен выход за пределы этого мира. А выйти за пределы этого мира можно только с помощью Бога, нельзя выйти самим. Я сформулировал не так давно – не помню, где уже рассказывал, а где нет – такое положение, что мы сами можем идти… Если взять даже нашу систему: физическое тело, эфирное, тело ума, ментальное, тело Сознания. А дальше идут как бы некие ещё тела и пространства. Мы условно будем считать, что они с индусскими связаны, а у нас это связано с Фана и Бака, если брать суфийскую версию. Мы своими усилиями можем дойти только до пятого тела: оперируя вниманием, работая с вниманием, мы можем дойти только до тела Сознания, откуда это внимание исходит, и всё.

Дальше идёт разрыв. Чтобы попасть в состояние внутренней Фана, нам нужна помощь, мы не можем сами это сделать. Это невозможно, подняться в шестое тело. То есть будет пятое тело – тело присутствия, тело высшего Я, полноты Сознания, полноты всего. Шестое тело – тело отсутствия, тело исчезновения, то о чём буддисты всё время трубят – туда невозможно попасть без импулься свыше, без помощи Бога, без Милости. Мы не можем сами, это невозможно, нам неподвластно. Мы своими усилиями доходим до пятого тела, всё, там мы встаём. Там никакие наши сверхусилия дальше нас не ведут. Мы можем только открыться, мы можем только довериться, мы можем только сдаться, мы можем только позволить себя вести.

Поэтому другое дело, что, поскольку Господь Бог – я его так называю по-дружески, Господь Бог – для всех стал жупелом, и атеистическая обусловленность всё время препятствует. Даже Аллах легче, это что-то такое, заморское, это приятно. Наш Бог, бородатый, с таким вот [нимбом] над лысой головой – я помню, показывали по телевизору его в кукольном театре каком-то с Адамом и с Евой – это, конечно, зрелище такое богомерзкое, я бы сказал, отрицание этого идёт. Конечно, можно придумать новое слово, но это очень глупо будет, я мог бы изобрести слово, которое обозначало бы нам Бога.

Ошо придумал Существование, он говорил о Существовании, он говорил более размыто. Это легче принять современным людям. Как бы всё и ничего. Но я боюсь, что должен вернуться к основам, и настаивать на том, что слово «Бог», и других слов чтобы не было.

И мы не будем выдумывать новых слов, мы будем просто осозновать свою обусловленность в этом смысле и смотреть на свои ощущения, смотреть на свои чувства и позволить развернуться тому, что внутри, перестать подавлять. Перестаньте подавлять свою сущность, своё тяготение. Раз вы все здесь – вы искатели, ничего с этим не сделаешь, это вам жизненно необходимо, иначе вся ваша жизнь будет слита в унитаз под радостное улюлюкание всех ваших родственников, близких, далёких и ваших друзей, и подруг ещё.

Так что вот так, поэтому… И когда ты позволяешь этому всему раскрываться; и, конечно, эти блоки обусловленности мешают. Но это выход за пределы, само это тяготение, ты постепенно будешь приходить к тому, что все другие цели, они все… Промежуточные цели хороши технически. То есть мы можем сейчас на текущие полгода поставить цель очистить внутреннее пространство, работать с ним – прекрасно, но это не может быть главной целью.

Главная цель должна быть… Я вас уверяю, что если вы поставите Бога, постараетесь поставить в центр своих стремлений, если вы примете Его как цель, примете искренне, то ваша жизнь начнёт меняться очень быстро. Это как-то так. То есть технически этого не сделаешь: оно приходит, надо позволить раскрыться тому, что у вас в Сердце, тому, что вы чувствуете через сердечный центр.

Вот так.