Международная суфийская школа «Духовные и Мистические Практики»

ПРЕДСТАВЛЯЕТ 

Суфийская школа «Восходящий Поток»

Автор: Руслан Жуковец 

У нас были вопросы, которые имеют, в общем, определённое значение: по этапам развития, по стоянкам на Пути и по нафсу. Если брать такой классический суфийский подход, то они там выделяют семь стоянок Сердца, семь стоянок нафса; и всё у них по семь, как это положено, любимая цифра мистиков. Но старые эти стоянки, например, которые описывались в старину, сейчас не имеют большого значения. И у нас здесь, я так понимаю, нет особых таких людей, упёртых в древние суфийские тексты. Надо учитывать, насколько сейчас изменился образ жизни людей, её условия и темп; также изменилась наша ситуация со стоянками и всё остальное. А вот то, что касается прежних описаний нафса, всё это актуально ровно по-прежнему. В том, что касается суфийского Пути и вообще духовного Пути, то на всех известных Путях первые четыре стоянки я бы сказал, ровно совпадают.

Что такое нафс? Давайте определимся, потому что полно путаницы по этому вопросу. Кто-то считает, что нафс – это душа и душевные качества; кто-то считает, что нафс – это наоборот, животная часть человека, его низменная часть. Всё это средневековые деления, мы должны это понять, тогда уровень общих знаний был, прямо скажем, весьма невысоким. Можно взять, например, Аль-Газали, был такой общепризнанный великий арабский учёный, великий суфий, философ, естествоиспытатель; и его основной, фундаментальный, классический труд – «Возрождение религиозных наук». Так там, если начать его внимательно читать, половина этого труда примерно занята анатомическим и физиологическим описанием человека и так далее. Уровень знаний был такой, что приходилось этим всем заниматься, и, соответственно, есть большая путаница.

Но, если уж брать более точное определение нафса, то нафс – это состояние сущности человека, его сущностных качеств, тех качеств, с которыми мы родились. То есть кто-то пришёл с большей эмоциональной энергией, с сильными выраженными эмоциональными реакциями, со склонностью к психопатии, к таким резким действиям, с врождённой склонностью к агрессии, вот у него в натуре, в его сущности это заложено. Кто-то, наоборот, рождается сущностно более мягким, более созерцательным, более таким смещённым не во внешнюю активную деятельность, а во внутреннюю. У нас есть экстраверты, интроверты, то есть у нас разных этих определений очень много. Так вот, есть сущностные наши характеристики, то, с чем мы пришли. Есть личностные наши характеристики, это то, что мы уже сформировали, общаясь в среде людей. Это то, какими нас сделало воспитание, наша базовая обусловленность, какими мы стали благодаря самовоспитанию; сколько у нас там психотравм – это уже нюансы. Вот есть сочетание, и в этой категории нафса, которую мы будем рассматривать, человек берётся как целое, как сочетание его сущностных каких-то моментов и состояние личности, состояние эго.

Первый нафс – самый такой низменный нафс, подчинённый страстям и желаниям, в котором у человека почти нет внутренних ограничений. То есть нет морали, человек не предрасположен ограничивать себя какими-то моральными установками, и поэтому ему нужна жёсткая внешняя дисциплина. Иначе человек будет действовать исключительно в своих интересах, попирая интересы окружающих, и, в общем, жить как зверь. Закоренелые преступники, такие прямо настоящие, они все в первом нафсе находятся. Первый нафс – это повелевающий нафс, командующее я, которое хочет командовать окружающими, подчинять их себе и своим нуждам, интересам, желаниям. Нет внутренних ограничений, желания тебя захватывают, эго правит балом.

Вот, кстати, история появления ислама, уж коли на то пошло. Были разрозненные древние арабские племена, в которых утвердилась клановость, а все люди в основном жили первым нафсом. Это были люди первого нафса; то есть всё, что тебе хочется, ты можешь взять. Чтобы ты этого не сделал, тебе нужно внешнее ограничение, очень жёсткая дисциплина. Во всех первобытных обществах дисциплина была жесточайшей; наказание – это смерть, отрубание рук, люди просто держались на внешнем страхе. Их внутренняя эта страсть и отсутствие внутренних ограничений приводила к тому, что обязательно выстраивалась жёсткая и жесточайшая дисциплина, за любое нарушение – смерть, казнь и так далее. И вот они в этих кланах жили, воевали с другими кланами, где была такая же точно ситуация, люди тоже такого же состояния. И в силу этого в качестве прогресса им нужно было дать что-то, что ввело бы у них внутренние ограничения.

Второй нафс – это следующий переход, это нафс религиозного человека. Религиозного в смысле внешней религии, экзотерической такой религии. Где у человека появились заповеди, закон (например, шариат в исламе), представление о Высшем и о какой-то своей ответственности перед Богом. И у него появляется внутренний цензор, у него появляется некая мораль, внутренние ограничения, он становится богобоязненным.

И этот нафс – нафс осуждающий; он называется осуждающим нафсом, и имеется в виду, в первую очередь, осуждение самого себя. Человек осуждает себя за плохие поступки, у него есть ясное понятие о добре и зле. В первом нафсе оно тоже есть, но оно совсем другого порядка. Там всё, что мне хорошо – это добро; что мне нехорошо – это зло. Там всё проще. Осуждающий нафс – это люди, которые следуют какой-то морали, это может быть мораль строителя коммунизма. Знаете, была такая тоже при советской власти, был моральный кодекс строителя коммунизма, так он и назывался. И вот в этом нафсе сейчас находится большинство людей; он не требует такой большой и жёсткой внешней дисциплины, жёстких законов, прямо вот давления. Потому что человек, в принципе, сам уже себя ограничивает, у него уже есть вот эти представления. Он пытается следовать заповедям и общепринятой морали, они удерживают его от многих поступков, и от крайних поступков в том числе. Но мы знаем, конечно, что не всех это удерживает, и по-прежнему много людей первого нафса. Но человек второго нафса всё равно уже более ровный, он менее опасный в смысле социального поведения. Поэтому возможны другие институты власти, общество может быть устроено более мягко; вот эти все демократии – это следствие того, что сейчас большинство человечества находится в состоянии второго, осуждающего нафса.

Но здесь есть другие минусы. Тот, кто осуждает себя, обязательно будет осуждать других. Осуждающий нафс распространяется не только на себя, он распространяется и на окружающих, и люди бесконечно судят одних, других. Сразу же увеличивается количество распрей на основе осуждения, на основе того, что твои взгляды не сходятся с моими, и поэтому ты плохой, ты неправильный, ты неверный. Если в первобытном обществе, в первом, повелевающем нафсе, войны были просто захватнические, надо было отобрать то, что есть у соседей. Это была простая логика: надо завоевать землю, надо отобрать имущество, надо набрать рабов; то есть это был способ, так сказать, заработка, фактически, увеличение своего богатства.

Во втором нафсе войны уже ведутся подспудно. Мы понимаем, что экономика всегда влияет, но в том числе, много распрей начинается исключительно из-за того, что есть расхождение в вере, расхождение в идеологии: «Вы неправильно живёте!». По крайней мере это всегда подтягивается как оправдание, это всегда как причина. Ну, и мы помним, как, простите меня, католики резали гугенотов во Франции в своё время, и как протестанты бежали в Америку, чтобы там хотя бы как-то спасти свою жизнь.

Это есть реальность второго нафса. И сейчас продолжается бесконечные дебаты, кто прав, кто не прав, левые – правые, я не знаю, мясоеды – сыроеды. Все эти люди находятся в осуждающем нафсе, они судят других; они ещё не готовы смотреть на мир шире и без такой жёсткой обусловленности, так сказать. Это реальность.

Надо определённо сказать, что человек находится полностью во втором нафсе только в том случае, когда нафс прямо сформирован. Дело в том, что мы живём как бы в переходных состояниях, у нас есть одновременно проявления разных нафсов. Переход, например от повелевающего нафса в осуждающий нафс, – это не сиюминутное движение, это не скачок, то есть это развитие, это внутреннее изменение. Вот дикий человек обратился в Ислам, и он для себя принимает новые правила, но у него ещё местами остались дикие повадки: нет-нет, да отрубит кому-нибудь руку и съест. У вас могут быть проявления одновременно и осуждающего нафса, и повелевающего нафса. Если человек продолжает расти и меняться, то в какой-то момент у него нафс становится чистым, и только потом он начинает переходить в следующую стадию.

Кто-то видит себя только в рамках одной прописанной религии и соблюдает прописанные постулаты. Он следует внешним формам: ходит в церковь, выполняет ритуальные посты и так далее – а в остальном живёт как обычно. Есть люди, которые ищут и пытаются найти нечто большее, у них есть стремление к переживаниям более высокого порядка, к приближению к высшему, к познанию более высокого. И вот они начинают искать, а искать же можно начинать и в рамках своей конфессии. И в том же православии есть труды святых отцов, разных отшельников, которые описывают свой опыт приближения и переживания высших состояний, общения с Богом и так далее. И если такой процесс начался, человек вступает в поиск чего-то большего, чем обычные моральные ограничения, обычная мораль и такие внешние религиозные установки. Он переходит в третий нафс, состояние вдохновлённого нафса. Он начинает постепенно выходить из осуждения. Сейчас вы все должны быть в состоянии вдохновлённого нафса либо в нём должны были быть уже, потому что поиск чего-то Высшего начинается именно в состоянии вдохновлённого нафса.

Когда вы начинаете широко смотреть на вещи, вы говорите, что все религии едины; вы как бы выходите из узких рамок осуждающего нафса. Вы начинаете смотреть на вещи шире, происходит такая перемена, плюс вы очень вдохновлены. Этот ваш внутренний позыв и порыв к изучению открывает для вас новые сферы знания. Вы читаете что-нибудь из буддистов, вы читаете литературу из разных мистических школ, всяких современных просветлённых, и вас это воодушевляет, вы чувствуете вдохновление; вы прочитали, и вы вдохновлены всё время. И такие люди собираются в стаи и начинают это всё обсуждать. Есть желание делиться тем, что вы прочитали и узнали, что вас сейчас вдохновляет. На этой стадии это очень сильное желание, вы становитесь «спонтанным проповедником», вы начинаете всем рассказывать, вы начинаете всех вовлекать, вы как бы пытаетесь это донести. Сами, при этом, вы ещё, честно говоря, ничего не знаете. Но это характерно для вдохновлённого нафса: что прочитал, тут же надо кому-то передать. Человек приходит с горящими глазами и говорит: «Ты знаешь, я такое здесь вычитал, ну, такое хорошее. Ну, просто! Ну, послушай ты. Мы же рождаемся много раз, никакого рая и ада нет, всё отлично!» – и так далее.

И в стадии вдохновлённого нафса человек может находиться довольно долго. Если вы не прикладываете никаких усилий к тому, чтобы что-то изменить, вы не переходите на следующую ступень. Если не возникает внутренняя потребность, то в стадии вдохновлённого нафса люди могут прожить десятки лет. И они так всё ходят, живут и вдохновляются; такие люди пишут всё время на форумах без конца и так далее. Если же человек развивается, то рано или поздно он определяется.

Во вдохновлённом нафсе людей шатает, как правило, они то там, то тут. Они пошли по йоге, потом по какой-нибудь адвайте, а затем, может быть, они зашли в цигун и покачали эфирное тело. Они читают разную литературу из разных источников, они собирают всё, и у них в голове, как правило, каша. И там же идёт отбор: я беру то, что мне ближе, что мне нравится. А в силу того, что информации много, все и ходят вот с такой окрошкой в голове. Обо всём понемножку вроде, как знают, что-то они для себя приняли, остальное они как-бы проверяют, они так нащупывают. Мы всё время с этим сталкиваемся, когда приходит такой человек на какую-нибудь презентацию, или на открытую встречу и начинает выяснять эти свои нерешённые вопросы. Во вдохновлённом нафсе человек ищет эмоциональных стимулов. Он ищет как бы то, что его будет питать на эмоциональном уровне в большей степени, чтобы получать эмоциональные впечатления. И вот он там зависает и ходит на тренинги. Большинство тренингов посещают люди вдохновлённого нафса, как правило.

А если он движется правильно, то его внутренняя потребность заключается не в том, чтобы просто разбрызгиваться. Дальше человек определяется куда он пойдёт, с Путём – это четвёртая стадия нафса, умиротворённый нафс. То есть сначала был повелевающий, который давил всех окружающих. Потом осуждающий нафс давил окружающих людей и себя в том числе. Вдохновлённый нафс, который восклицает: «А! Красота какая!», всё стремится, понимаете, к блаженству. Люди во вдохновлённом нафсе ведутся на обещания счастья и блаженства, вот этих всех эмоциональных вещей; когда им обещают, они сразу туда бегут, они этого и хотят, в общем.

И переход в умиротворённую стадию начинается тогда, когда человек определился с Путём, когда он выбрал неважно что, буддизм, суфизм или исихазм, ещё что-то, где есть реально прописанный Путь. Вы поймите, что Путей, прописанных по-настоящему, их не так много, есть всякие. Вот наша нео-адвайта вообще отрицает наличие Путей. И такие тренинговые системы, они тоже ни о чём. Они все вам обещают дать навык, – вот мы сейчас откроем вам третий глаз. А что мне с ним делать? А что хотите, это уже не наша забота, – отвечают они. Хорошо прописанных Путей не так много на самом деле. Если не брать религиозные Школы, в смысле церкви, где главная цель – ждать смерть, дождаться смерть, не нагрешив. Чем скорее умрешь, не нагрешив, тем лучше. В принципе, логика такая.

В умиротворённом нафсе человек начинает целенаправленно прикладывать усилия, он перестаёт разбрызгиваться, он выбирает в рамках Пути. Это реальный настоящий Путь (не ложный, не какой-нибудь сектантский, где тоже из вас делают непонятно что, как правило, возвращают в осуждающий нафс). Там, в силу того, что человек целенаправленно начинает над собой работать, у него происходит определённое очищение, идёт развитие, и нафс умиротворяется. Он перестаёт быть вдохновлённым, он перестаёт подскакивать, эмоциональные стимулы перестают быть нужны. И в развитии умиротворённого нафса в идеале в какой-то момент выстраивается внутреннее равновесие. У него ещё есть свои желания, но часть из них уже отработана, осознана, большая часть подавленностей уже проработана, осознана, общий уровень осознанности уже хороший. У него присутствуют внутренний Свет и Тьма, и он уже Свет, так сказать, может получать. Его внутреннего Света, Сознания, в силу осознанности, уже достаточно, чтобы также увидеть оставшееся, ещё неосознанное. Ещё есть подавленные вещи, ещё есть неосознанные желания, недоработанные участки в уме, это всё есть, это где-то пятьдесят на пятьдесят. В умиротворённом нафсе пятьдесят процентов работы уже сделано, пятьдесят ещё осталось сделать, и наступает равновесие, человек делается очень ровным, он именно умиротворён.

У него уже нет ни эмоционирования, ни резких провалов со страхом. Он может переносить какие-то стрессы, давление внешних обстоятельств, оставаясь, в общем, ровным. Даже если он, так сказать, чуть-чуть поколебался, он возвращается в свою умиротворённость. Покоя глубокого там ещё нет, но он уже к нему приблизился, там уже есть внутреннее спокойствие, внутренняя центрированность. И в этом состоянии, на стадии четвёртого нафса, благодаря этой уравновешенности, на нашем Пути, как правило, открывается Сердце. Путь человека к любой цели, духовной или мистической, всегда укладывается в четыре нафса.

Дальше, понятно, как это было и до четвёртого нафса, идут нюансы. И здесь я уже дальше описываю наш суфийский Путь, потому что это наша тема, и она прописана у нас так. И нафс-то, в общем, наше изобретение. Или я присваиваю чего-то, нет? Ну, в общем, это наше, да. А почему, как говорится, всё, что взял у народа, берёшь у себя; мы же тоже народ, мы же тоже суфии, как говорится.

Пятая стадия – довольный нафс, об этом всём коротко написано в новой книжке. Это есть, но я там особенно не развивал эти положения, я там рассматривал этот вопрос под углом действия и взаимодействия; много есть углов, под которыми можно рассматривать развитие нафса, это такая обширная тема.

А когда человек на суфийском Пути приходит к принятию Воли Бога и отказывается от своей воли, наступает стадия довольного нафса. Человек доволен своей судьбой, он принимает импульсы Воли, так сказать, в режиме онлайн и следует Воле. Он мог быть менее довольным или более довольным и раньше, но именно в довольстве и открывается Сердце. Сердце открывается в принятии, когда мы отказываемся от того, что мы хотели, и снимаем какие-то требования. То есть мы принимаем ситуацию такой, какая она есть; а ситуация может быть разная, это индивидуальная вещь. Человек становится довольным своей судьбой, идёт дальше, он получает Волю, он следует Воле. При чём, поверьте мне, это непростая вещь, я вчера про это говорил. Воля даётся – не про банки, не эти вот банальности, но приходится всё время преодолевать внутренние свои какие-то неготовности, в этом и практика, в этом и трение.

И в стадии довольного нафса человек находится столько, сколько следует Воле, это тоже индивидуальные отрезки времени; человек доволен Богом, человек доволен судьбой, потому что он, наконец, ощущает реальность Бога, реальность Его Воли, он участвует в Творении. И здесь я говорю, что он испытывает наполнение, которого не испытывал раньше никогда. Потому что удовлетворение ни одного человеческого желания не может сравниться с тем, когда человек выполняет Волю Бога, когда он выполняет желания Бога. Обычно, когда у нас было желание, и мы его удовлетворили, то мы испытываем радость, это как эмоциональный стимул. Когда приходит награда, приходит и человеческая радость. Наполнение, которое приходит при выполнении Воли Бога, несравнимо с обычной радостью, она тут даже рядом не стояла.

А когда человек заканчивает следование Воле Бога и начинается исчезновение в Боге, там небольшой разрыв между этими стадиями, они очень близкие. Практически, это одновременное пребывание. И тогда наступает стадия нафса, в котором человеком довольны другие. Довольный нафс – это человек сам доволен, и Бог им доволен, а в нафсе, которым довольны другие, человек может начинать очень серьёзно помогать людям. То есть он имеет силы, он имеет возможности, он становится проводником Божественной Любви и Милости. Господь начинает действовать через него, там образуется симбиоз, если говорить современным языком. Потому что в древних текстах написано так, что это понять невозможно вообще, что они имеют в виду. Ну, и древних текстов у нас адекватных не переведено, я бы с удовольствием почитал «Исчезновение в Боге» Джунайда, но нет переводов этой книги даже на английский язык.

Возникает симбиоз, человек может действовать от себя как человек или через него действует Господь. Это очень интересное и сильное состояние в плане помощи другим, но не банальной этой помощи, понимаете. Не этой банальщины, когда вас благословили, и вы выиграли деньги, это такая тоска зелёная, что прямо сил нет. А помощи в продвижении тем, кто нуждается, тем, кто ищет Бога, тем, кто ищет Путь; вот тут человек достигает больших возможностей именно в этом.

Ну, и последняя стадия – это совершенный нафс. Я очень много прочитал на эту тему, но ничего сказать не могу. Потому что сам нахожусь на шестом нафсе, а сейчас только исследую подходы к седьмой нафсу. Я вообще не понимаю, что такое совершенство. Пока ещё, видимо, мне не дано. Поэтому, когда я его вдруг достигну, я вам сразу сообщу, в чём оно, обещаю, я пришлю по рассылке. И когда я его достигну, вы сможете узнать, что это такое, наконец-то. Пока я только вижу проблеск, сейчас я пытаюсь изучать совершенные действия, и пока результаты такие, что меня ставят в тупик, я бы сказал. Точки зрения ума – это абсолютно несовершенно, но я буду продолжать свои исследования. Как говорится, вы исследуете своё, я исследую своё, все мы движемся к одной цели: ну, на тот свет, в хорошем смысле.

 

Вопросы и ответы

Эмоциональные стимулы постепенно уходят, а что на их место встаёт?

Наполнение, внутренняя наполненность, растёт осознанность, уже в силу осознанности мы наполняемся, в силу энергии Сознания каждый шаг совершается в осознанности. Я про это говорил, повторюсь, мы питаемся вниманием; когда на нас смотрит человек, мы же чувствуем взгляд, мы чувствуем определённую энергию. И когда у человека внутри большая ненаполненность и ненасыщенность, он ходит и жалуется. Он хочет найти, возможно, любовь, чтобы его любили, чтобы ему давали энергию любви и обязательно внимание. Любовь без внимания не будет наполнять никого, потому что любовь и есть внимание, человек на тебя смотрит, он тебя любит, он говорит тю-тю-тю, уси-пуси, всякие хорошие вещи. Либо, если любви нет, то хотя бы жалости. Люди ходят, просят, жалуются, они приходят и говорят: «Я бутылку принёс, давай посидим». И начинает... За эту бутылку так он так тебя запарит, что думаешь, шёл бы ты отсюда вместе со своей бутылкой.

Но уже поздно.

Уже да, уже за второй пошли, как говорится, уже моя очередь началась в ответ. И жалость – это тоже способ привлекать чужое внимание, вампирить его, потому что внутри своего не хватает, а есть вот это отрицание и полное отсутствие самого в себе. А с осознанностью мы начинаем наполняться своим собственным вниманием, мы перестаём зависеть. Почему вдохновлённый нафс ещё скачет и ищет везде? Потому что ему ещё нужно внешнее, а внешние стимулы нужны для того, чтобы почувствовать какое-то внутреннее насыщение. В умиротворённом нафсе уровень осознанности уже такой, что тебе одному хорошо, не надо искать чьего-то внимания, ты наполнен и так.

Это как-то связано с вопросом о ложных целях? На каком этапе и для чего? В книгах было написано об этом, создавать их себе специально, когда нечем жить, вроде живёшь какими-то внешними…

Ложные цели бывают нужными, это как раз наступает в умиротворённом нафсе. Да, в стадии умиротворённого нафса достигается очень большая ровность, это самое равновесие. У вас большая часть подавленностей отработана, а то, что не отработано, вы пока не можете взять, у вас не хватает энергии. Либо нет ситуации и такого большого трения, чтобы это поднялось и можно было увидеть, а силой внимания вы войти не можете. Вы всё отработали, что отработали, и возникает такое вот ровное плато. И в нём теряешь мотивацию, которая тобой двигала, там наступает момент, что мотивация начинает слабеть. То есть прежнего страдания нет, из которого ты шёл, вот этой большой неудовлетворённости своим состоянием, какими-то внутренними страданиями, это всё выравнивается, в умиротворённом нафсе это всё уходит.

А стремиться к Богу вроде тоже уже не надо, ты делаешься настолько ровный, что просветление перестаёт волновать. Я шёл то к просветлению – дорогие друзья, не забывайте – а пришёл к Богу, это была таинственная такая подмена смыслов, я бы сказал. Я же начинал в осознанности, там стояло просветление, я Ошо читал, а Ошо говорил: «Просветление, не ум». Я говорил: «Ну ладно, отлично». И главное, чтобы иностранцев побольше, чтобы деньги собирать с них, такая была мысль в начале, и видите, ничего не вышло. Наступает момент, когда цель, которая двигала, перестаёт двигать, и движешься по инерции; я так жил несколько лет, и вот как раз это закончилось открытием Сердца. Меня перестала беспокоить цель, ради которой я десять лет прикладывал усилия, ну, перестала просто. Мне стало всё равно; я настолько выровнялся, у меня страдание настолько ушло, я жил, в общем, чувствуя себя нормально. И в этот момент какие-то короткие ложные цели могут помогать, но они не обязательны. Ложные цели могут помогать в момент, когда вы в провале, то есть цепляться надо за что-то. Когда мы следуем Воле Бога, то там понятно, что ложные цели не имеют значения, не имеют смысла, потому что есть Воля.

Вы знаете, что Воля учить людей была мне явлена в 2005 году без всякого предупреждения, а к сдаче своей воли я пришёл в 2004 году. Через полтора года после того, как я начал следовать Воле, пришла Воля обучать людей, и она до сих пор не отменена, поэтому мы с вами здесь сидим, в том числе. То есть иногда это как костыль, как подспорье.

Если цель далёкая, то промежуточные цели помогают, и вообще это Путь так строится, понимаете. У вас Путь, цель, например, познать Истину Бога, познать Его реальность, прийти к Нему, к тому, что вы представить не можете. Поверьте мне, в состоянии, из которого человек начинает Путь, представить его финальные стадии невозможно. А я не могу даже вам описать, по причинам, которые уже излагал; это совершенно разные, разные люди на выходе, совсем другой человек. Но вы хотите этого, вы хотите вот это познать, а впереди там десять лет, условно говоря, может быть пятнадцать, может быть чуть меньше, чуть больше, но много лет, вы не знаете сколько.

И понятно, что мы Путь дробим по этапам, чтобы уму было легче. Вот сейчас, когда вы входите на Путь, становится легче. Потому что вы знаете: вот сейчас идут базовые практики, да, я их отрабатываю, я нарабатываю навык. И есть определённая (тоже условная) цель, но она может быть не ложная, и она определяет вам задачу на три недели. Да, вот сейчас мне нужно добиться успеха в этой практике, что я делаю, вот, пожалуйста. И такие мелкие задачи позволяют вам скоротать время, и для ума проще переносить эту неопределённость. Вот у вас есть желание измениться, желание познать Высшее, приобщиться к чему-то. А сколько лет уйдёт на это – непонятно. И ум сразу в депрессию уйдёт, потому что н, как, за что тут взяться?

И в этом смысле любой Путь всегда выстраивает систему промежуточных этапов, временных ограниченных отрезков, в которых уму просто. Он говорит: «Да, задача ясна, будем делать». И чем хороша система практик на любом Пути и на нашем в частности, что она позволяет вам получить объяснение. Вы понимаете, что и зачем, в начале вам не всегда объясняется смысл той или иной практики, но в конце вы всегда можете получить объяснение. Ну, в начале мы это не даём, чтобы ум не начал моделировать, чтобы ум не начал тень на плетень наводить и подменять истинный эффект от практик тем, что он прочитал и сам придумывает.

А вот вы вчера сказали, что десять человек заочно занимается, как-то это совпадает со ступенями нафса?

Вообще по идее да. То есть они доходят до той стадии вдохновлённого нафса, когда они уже готовы встать на Путь, когда они готовы пойти уже работать над умиротворённым нафсом, да. Ну, а количество – приблизительно такое, как вот я смотрю. Не много людей созревает к настоящей работе над собой, остальные ходят кругами.