Международная суфийская школа «Духовные и Мистические Практики» 

ПРЕДСТАВЛЯЕТ 

Суфийская школа «Восходящий Поток»

Автор: Руслан Жуковец 

Почему молитва то работает, то не работает?

Поскольку мы сейчас с молитвенной практикой занимаемся, то вот именно этот вопрос – он всё время мучает всех. Почему я помолился о чём-то – и в общем, быстро получил ответ и некий результат. А потом я помолился о чём-то другом – и никакого ответа, никакого результата, и вообще ничего – как будто всё в пустоту; а молился я вроде бы примерно с той же отдачей что первый раз, что второй.

И исходя из нашего принципа необходимости, который предполагается в молитве; из правил, которые выведены, в общем, достаточно давно, – поскольку этот вопрос был исследован уже нами, – то, вроде бы, тогда как-то получается очень непонятно: если есть, вроде бы, необходимость и в одном случае, и в другом случае есть необходимость – а результат в одном случае есть, а в другом случае он отсутствует.

Вот это будет одним из основных вопросов сегодняшней лекции.

Но, чтобы нам подойти правильно к этой теме – надо посмотреть сначала чуть шире на вопрос. И он заключается в том, что молитва, как таковая – это возможность нашего прямого взаимодействия с Богом, – очень интимная вещь, очень важная вещь, – которая … в последние годы – не то, чтобы она игнорируется, но она обесценена. Вот вся эта секуляризация, так называемая обмирщение человечества, когда материальное и прогресс науки вроде бы вытеснил мистическую часть, когда религии традиционные тоже себя, прямо скажем, показали не совсем истинными, и духовенство выглядит тоже так, что за ними следовать никуда не хочется, зачастую.

И само вот это достижение некоторого материального изобилия, некоторого прогресса – оно стало препятствием. Как недавно написал один товарищ в комментариях к какому-то моему посту, он написал: «Не понимаю, как можно в XXI веке, когда есть искусственный интеллект, – и что-то там такое, – верить в какое-то там высшее существо. Это бессмыслица просто» – с его точки зрения.

Соответственно, если это бессмыслица, то молитва становится такой же точно бессмыслицей; если никого нет, то общаться не с кем – общаться нужно в Твиттере, писать друг другу всякие послания прекрасные.

И ситуация с тем, чтобы как-то оживить, как-то понять, использовать молитву – она сейчас тоже … я бы сказал, что мало кем исследуется.

То есть, есть, конечно, книги всяких отцов церкви, которые занимались молитвой; есть, как правило, книги традиционных религий о молитве, где много хороших слов. Но молитва зачастую упирается вот в этот самый антураж: в то, что – во внешнюю форму, в ритуальную форму.

Ритуальная молитва – она, в общем, не плоха. Но надо понимать, что когда вы молитесь о своём, индивидуальном, когда вы просите, когда вы выходите с Господом в разговор один на один – то это одна ситуация. А когда вы читаете вменённую молитву: которая дана, которая правильно составлена, в которой верные слова – но которая вам вменена; которая у вас получается, что если вы её не выполните – то вы нарушаете некие свои внутренние обязательства; которая идёт не как импульс от того, что у вас сейчас пришло молитвенное состояние, пришла необходимость, и вы её выражаете – а от того, что есть расписание, что надо молиться утром, вечером, по разному, – в разных религиях это обставлено не одинаково, – но, и тогда необходимость ваша в этой молитве – она становится не совсем правильная. Это необходимость долга; это необходимость из чувства вины, которая берётся, если вы этого не делаете – значит вы нарушаете нечто важное, нечто … и Господь будет на вас потом ругаться, или вы будете гореть в аду или … и так далее.

Когда молитва становится как работа для вас, внутренняя – это нехорошо; это совсем другой мотив для молитвы, другая необходимость. И такие молитвы становятся механистичными, они читаются на автомате, и толку от этого – идёт качка в эгрегор. Да – ритуальные молитвы качают эгрегор соответствующий, – религии, – и в этом есть тоже определённая, может быть, польза для Творения; но для индивидуального человека тут польза далеко не всегда есть.

И уж коли на то пошло, если мы знаем, что внимание, направленное … Как работает наше внимание, сила нашего Сознания: внимание, направленное на человека, – которого мы любим, к которому мы хорошо относимся, – наше доброжелательное внимание его оживляет. Поскольку сама энергия Сознания имеет живительное, оживляющее свойство, то, когда мы направляем внимание, окрашенное доброжелательно, на кого-то из своих близких – они это чувствуют, они чувствуют себя более живыми, они чувствуют себя существующими.

Знаете, как дети, с дефицитом внимания которые растут, и у них проблемы; и они потом начинают … Сейчас уже синдром дефицита внимания этот самый обозначен в психологии: что дети растут ущербными; они не чувствуют себя – они не чувствуют себя живыми, потому что на них не обращают внимание; они не чувствуют себя существующими, и им надо всё время вести себя так, чтобы притягивать к себе внимание.

Дети с синдромом дефицита внимания – они бесконечно совершают вещи, чтобы максимально это внимание привлекать на себя; они очень неспокойные – в этом и есть весь синдром этот.

И соответственно, вы поймите, что когда мы обращаем своё внимание к Господу – мы проявляем Его существование, даже, если мы не представляем себе никакого образа Бога. Но, наше намерение в молитве, наши слова … Почему слова важны: мы формулируем запрос, мы взываем к силе, которая настолько больше нас, что мы не можем её, – и не должны в общем, – ни в какой образ облекать; хотя есть религии, где он воплощён, – этот образ, – и там проще.

Но если уж идти от реальности, от того, что есть – можно молиться без образа. И если вы работаете над своей чувствительностью – вы будете ощущать Божественное Присутствие; и когда вы молитесь – оно будет усиливаться: вы будете ощущать усиление этого поля, этой энергии. И чем больше людей, например, молится ежедневно – не механистически, а сознательно – тем более Божественное Присутствие или Бог проявлен в мире становится, тем более одухотворённым становится мир, – можно сказать и так.

И чем меньшее количество молится, соответственно – тем меньше Бог проявлен; это закономерность, которая вытекает естественно, и мистики с ней знакомы.

В том, что касается и взаимоотношений Бога с людьми, и людей с Богом, и вообще отношения к молитве – есть много ложных позиций, которые занимают люди внутренне. И, например, одна из таких позиций, широко распространённая, как способ оправдать, почему человек вроде бы верит … Здесь есть очень много способов самообмана, друзья.

Человек говорит: «Я верю в Бога, я считаю там кто-то есть, что-то там есть, что-то хорошее, наверное, и так далее – но я не молюсь». Когда его спрашиваешь: «Почему?» – он отвечает: «Ну Господь же Всеведущ, Он и так всё знает, и Он мне даст, то что мне нужно – зачем мне его беспокоить».

Это самообман; это способ сохранять нейтральную позицию: «Я, – типа того, что, – доволен тем, что имею», и не вступать, – не приближаться, – не вступать во взаимодействие с Высшей Силой. Потому что либо ты боишься, что там на самом деле что-то есть, понимаете: люди с осуждающим нафсом – они же боятся. Они боятся, что если Господь реален, и всё правда – тогда им гореть в аду, – в чём проблема, например, традиционных взглядов, потому что они прекрасно знают, что они сделали в своей жизни и чего не сделали, и поэтому с Богом лучше держаться как бы на расстоянии.

Либо это способ, как бы – сохранять себя по-другому. То, что … что-то внутри мешает молиться: какое-то чувство такое, что я непонятно у кого, – кого не вижу не слышу, – начинаю вроде как что-то там лебезить; а ещё с детства помню, что такие все запросы мои родители посылали на фиг всегда. Это ложная позиция.

Есть ложная позиция в поиске, когда, например, люди, которые идут по Пути осознанности, – или считают, что они уже пришли, – говорят, что молиться не надо: ну раз уж мы идём тут по осознанности, то можно не молиться, потому что у нас – мы работаем с вниманием, с Сознанием и всё хорошо.

Или говорят так, что: ну раз я уже достиг определённого уровня – то зачем мне молиться, когда я всё и так имею уже, что мне надо, – синдром остановки конечной такой, странный.

Мне тоже писали по этому поводу, что: ну типа раз уж Вы достигли такого уровня, то зачем всё время Вам молиться; это какая-то глупая вещь, раз вы уже там, с Богом почти что, как бы в обнимку ходите с утра до вечера. Это позиция непонимания большого; и вообще непонимание, что такое молитвенное общение, что такое молитвенное взаимодействие. Потому что я, например, шёл по Пути осознанности; и я не молился тогда – я этот Путь прошёл без молитвы, фактически.

Я не молился, – если учесть, что я начал практиковать осознанность в 93-м году, – то где-то до почти начала нулевых, я, наверное, и не молился, пока мне не открылась мистическая сторона.

И я понимаю, – сейчас, когда я знаю, что такое сила молитвы, – что если бы я использовал, если бы я знал этот метод, если бы я имел это знание – тогда мой Путь был бы короче и проще, во многом.

Более того: когда я следовал, – был на этапе следования Воле, что у меня заняло тоже десять лет, – я практически не молился, потому что это был – форма принятия: ты принимаешь то, что тебе дают. Ты принял Волю; соответственно, раз ты в этом Принятии – ты следуешь тому, что тебе, так сказать, приходит; и ты не можешь, – ну так мне казалось, – тебе не нужно ни о чём просить: тебе дано и так то, что необходимо.

Но в какой-то момент я начал молиться об Истине; потому что я, следуя Воле, начал обучать людей, и получилось, что мне не хватало понимания самому. Мне нужно было понимание, мне нужна была некоторая ясность. У меня были пробелы такие – то есть я начинал смотреть, и я понимал, что я не могу людям объяснить очень многих вещей, потому что я их не знаю; и никто их не знает, и нигде это не написано. И я молился об Истине: у меня была одна молитва, которую я несколько лет, практически ежедневно, об этом просил; и вот, в результате, появились книги и пришло – открылось мне некое Знание.

Но, сейчас я понимаю, что если бы я тогда пользовался молитвой, невзирая на эту свою сдачу … При том, что ты принял Волю – это не значит, что ты не можешь общаться с Господом продолжать; вернее там общение-то было – но не было именно молитвенного обращения; я бы и этот Путь прошёл быстрее – это заняло бы не десять лет, может быть, а пять, понимаете.

Насколько молитва важна. Мы начинаем это понимать, только когда уже доходим до таких, – ну, в моём случае, – когда я уже дошёл до больших стадий. Тогда мне открылось это всё. И тогда мы исследовали этот вопрос как следует.

Потому что исследование необходимо. Вся проблема в том, что опыт одного человека – это всегда может быть исключение из правил.

Когда есть возможность наблюдать, как работает молитва на большом достаточно количестве людей, и видеть закономерность … Какие-то закономерности ты можешь видеть и сам – любой из нас может видеть закономерности.

Но, в большом именно количестве, мы можем уже обозначать прямо – фактически законы; и видеть, как и что происходит, и почему какие-то вещи случаются, а какие-то – нет; и что в этом мешает.

Я сейчас вкратце перечислю основные положения, правила, которые мы выработали здесь, молитвой – которые делают молитву работающей. Это уже у меня написано в других местах, и я про это читал лекции; но, чтобы было понятно, чтобы это собрать – я сейчас здесь перечислю.

Молитва должна читаться из истинной необходимости. То есть: у вас есть неудовлетворённость ситуацией текущей – как у меня была, например, неудовлетворённость тем, что я учу людей, но сам не понимаю многих процессов, многих моментов; и поэтому я молился о том, чтобы Господь открыл мне их Истину, их Реальность.

И когда у вас необходимость длинная, большая – ваша молитва может быть ежедневной, потому что вы эту необходимость ежедневно ощущаете. Вы ощущаете своё несовершенство, вы ощущаете свою бессознательность, вы ощущаете свой гнев, например. И вы можете молиться и просить о том, чтобы Господь помог вам избавиться от гнева или избавил вас от него, потому что сами вы не можете пройти – эта реакция слишком сильна и вам нужна помощь.

И тогда у вас может быть одна и та же ежедневная молитва. И могут возникать необходимости острые, короткие: возникла некая ситуация, которую вы не знаете как разрешить, или она слишком сложная, или требуется прямо – ну почти чудо, чтобы всё произошло для вас удовлетворительно, и вы молитесь и просите об этом. Но это может быть вообще однократный заход на молитву: вы сегодня об этом помолились, завтра это либо случилось или нет – и, собственно говоря, и всё.

Поэтому … и когда мы молимся – мы вкладываем энергию необходимости; вот эту самую неудовлетворённость, которую мы ощущаем – мы вкладываем; именно эта энергия создаёт возможность ответа, именно она является ключом к тому, чтобы ответ пришёл.

Второй момент. Мы формулируем молитву одной фразой: одной фразой, в которой, наиболее простым языком мы излагаем свою вот эту необходимость, свою неудовлетворённость, о разрешении которой мы просим. Всегда любую необходимость можно изложить в одной фразе. Если вам требуется несколько фраз, значит вы ставите, – пытаетесь поставить, – какую-то слишком сложную задачу; вы хотите сразу удовлетворить несколько желаний – разбейте это на несколько молитв, если уж коли на то пошло.

Каждую молитву мы начитываем, – одну вот эту строку, – мы начитываем отдельно, и вкладываем в неё всю по возможности энергию необходимости, которая есть на данный момент.

Если неудовлетворённость большая, и вы читаете полчаса, – бывает и такое, – и она не исчерпывается – тогда вы уже устали фактически, – у вас уже пошло в уме: ум разогрелся и всё такое, – то тогда откладывайте и потом возвращайтесь.

При формулировании молитвы нужно быть максимально искренним; и, если этого нет … А проблемы, о которых мы будем говорить сейчас дальше – они возникают из-за отсутствия искренности как раз, из-за того, что вы не можете искренне посмотреть на свою ситуацию. Так вот: формулировка молитвы должна быть, – насколько это возможно, – максимально искренней и точной.

Вопрос точности – это тоже очень важный момент, и тоже мы будем об этом сейчас говорить дальше; потому что: какой запрос – ровно такой и ответ. Так это работает.

Итак: почему одни молитвы получают ответ, а другие нет?

Существует две большие причины. Первая причина связана с верой.

Недаром в древности, и вообще во все эти, так сказать, стародавние времена, вера была основой, из которой исходили – которая была обязательным условием для того, чтобы ты мог в некой религии, в неком движении мистическом присутствовать.

На осознанность, – на западе особенно, – если не давили на осознанность, – не было там такого упора, – то там, где шли через молитву, всегда условием была вера. Потому что именно вера, ровно – она ограничивает нашу возможность ответа на молитву.

Например: у вас есть проблема, ну скажем так, с какой-то эмоцией, с какой-то вашей эмоциональной реакцией; и вы молитесь о том, чтобы Господь вас от неё избавил. Но внутри у вас сидит неверие в то, что это возможно – просто вот банальное неверие; в уме у вас есть убеждённость определённая, что: как ни проси – ничего не изменится.

И это относится к любой ситуации. Вы просите о том, чтобы что-то у вас наладилось, может быть, в браке или в каких-то отношениях – но вы не верите в то, – глубоко внутри, а может и не очень глубоко, – вы не верите в то, что это возможно.

Вы просите об исцелении, об излечении – но внутри у вас есть представление о том, что это не лечится; вот конкретно у вас, – негативная убеждённость такая, – конкретно у вас это не сработает, и этого не произойдёт.

Ваше неверие лишает молитву силы – оно её отменяет; потому что то, во что вы верите – то и становится возможным, это проявление Милости для всех. Здесь ограничителем являются ваши представления – мы упираемся … Понимаете – что такое вера?

Атеизм – это же не знание, прямо скажем. В атеизме нет никакого знания: там то же самое – вера, такая же; вера, что жизнь была зачата в океане в каком-то и вышла оттуда в виде рыб.

И мы живём представлениями – та самая обусловленность, те самые представления, понимаете; и как их легко поймать.

Наглядный пример: вы верите в то, что мёд помогает от всех болезней. А потом вы включаете телевизор, а там Елена Малышева вам рассказывает, что мёд – это чистый сахар. Одна ложка мёда – это всё равно что ложка сахара белого, то есть чистого яда. А в него добавлены ещё какие-то аллергические добавки, – в мёд, в смысле, – которые вызывают аллергию. А если его разогреть до сорока градусов – то это чистый канцероген: если вы его добавляете в чай, то вы сами себе создаёте рак – и как вам жить после этого, товарищи? И так это всё рассказывается, – с такой помпой, – что никуда не денешься; и вы не можете после этого даже смотреть на мёд, не то, чтобы есть и исцеляться им как раньше – вы ели его и прямо радовались, и расцветали на глазах.

И вот таких представлений у нас, которые мы не знаем даже их причины; мы их где-то … Это же ловится … а сейчас, после того, как в интернете пишут по любому поводу непонятные люди всё, что хочешь – словить представления – это просто вот на раз.

Любое представление становится ограничителем для вашей веры. Например, представьте себе, что можно молиться об увеличении осознанности: «Господи, помоги мне … более глубоко осознать себя» – ну, например.

«Господи, дай мне высокую осознанность» – пожалуйста. А, есть же два варианта молитвы: когда вы просите помощи, когда вы говорите: «помоги мне»; и есть, когда вы просите прямого вмешательства: «Господи, дай мне осознанность».

И мы просим об осознанности. Но, поскольку у нас есть представления, что осознанность – это, в общем, Путь взращивания медленный, расширение канала вот это самое – ступенчатый, то: ровно какую вы себе меру отмеряете на самом деле, – вот в этой молитве, – какое представление вы будете иметь о чём вы попросите – больше этого вы не получите.

И я вас уверяю, что если бы, например, среди нас был человек, или у меня был бы опыт, например, – это в общем не важно, у кого, – который бы молился, молился, молился об осознанности, но осознанность сам не практиковал, а потом достиг внезапного просветления через молитву; и он начал бы передавать свой опыт, говоря о том, что через молитву достигается просветление – то это работало бы. И вы, видя его, глядя в его честные глаза, бездонные – вы бы понимали, что вот он так дошёл, и что такой Путь возможен, и что можно молиться и просить о расширении вот этого канала мгновенно, – главное не помереть только сразу – это же момент такой, – и вы бы этого просили, и это бы сработало.

Это может заняло бы какое-то время, безусловно; это был бы другой Путь совсем, – прямой Путь, но другой, – это бы сработало; потому что у вас была бы в это вера, вы бы знали, что это возможно.

Там, где ваши представления вас ограничивают … почему весь Путь ведёт к разобуславливанию? Потому что все представления – это шоры, какие бы они ни были; любые представления, – полезный мёд, вредный мёд, понимаете, – всё представления.

Вы либо проверяете на себе это, – ну если вам очень надо, – либо вы только идёте от ощущений: заходит вам эта пища или нет, подходит вам именно этот метод, не знаю … образ жизни. Нас же ещё про образ жизни сейчас же парят бесконечно все: все объясняют, что вот так надо жить, или вот так надо жить; все хотят, как мы знаем, прожить подольше – никто не знает зачем, но подольше всем надо.

И здесь … вы находите … Пока вы живёте в этих самых шорах представлений – вы всё время ограничены; у вас всё время – у вас всё время есть какие-то препоны, которые ваш ум сам для вас выстраивает.

Как только вы избавляетесь от их действия – вы начинаете жить естественно. Вы начинаете жить ровно из ощущения момента, из ощущения энергии – всего. Из видения того, что есть здесь и сейчас и что надо здесь и сейчас делать – а не из того, что у вас в уме сидит программа, что вы должны делать по вторникам, например; или что порядочные люди делают по вторникам, по пятницам, по субботам и во всем остальным дням недели, понимаете.

Вы начинаете входить в гармонию – эту самую гармонию с ритмом Бытия, – с большой буквы, – а не со своими шорами, в которых вы сидите.

И именно эти шоры всё время ставят ограничения – в том, что касается молитвы.

Есть же у нас ряд учений, говорящих примерно об этом же; есть «Позитивное мышление»; есть всякие способы менять свою жизнь: если вы начнёте визуализировать, во что-то поверите – вот это вот всё, «секрет» какой-то.

И нельзя сказать, что всё, что они говорят – враньё. Потому что вот именно этот принцип вашей веры – в то, что вы способны во что поверить по-настоящему: не убедить себя, не попытаться замазать своё неверие сверху какой-то верой – наносной … это мы знаем, как происходит.

Это когда у бывших советских людей на атеистическую обусловленность сверху ложится какая-нибудь вера, – всё равно какая, новая, – и они пытаются ходить в храм, участвовать в этих всех представлениях им нравится, в общем, даже в какой-то степени; они обретают неких новый центр бытия, некий смысл жизни, праздники вот эти все – ну что-то; человеку нужен какой-то вот этот – козе нужно, чтобы её привязали, чтобы у неё был центр, вокруг которого она ходит.

И всё равно, когда они начинают молиться или что-то делать, нет-нет … вот это чувство бессмысленности, которое идёт от атеистической обусловленности, что это всё какая-то чушь – оно скрывает, они вынуждены его подавлять.

У всех практически, кто вырос при советской власти, – а те, кто не вырос – позже им внушили родители, как правило, но сейчас, может быть поколение новое, в нулевых которое пришло, может быть уже без этого, хотя тоже вопрос большой, – атеистическая обусловленность сидит глубоко. Если вы на одну обусловленность кладёте другую – ничего не изменится; они будут бороться, вы будете всё время в этом – попадать в их противостояние, и тонкое неверие будет возникать.

Поэтому на Пути мы избавляемся от всех представлений. Разобуславливание – именно в этом его и смысл. А те учения, которые призывают поверить: в то, что у вас будет миллион долларов – просто вы в это поверьте, ведите себя так, как будто он у вас уже есть, – то есть потратить последние деньги на яхту на какую-нибудь, ну или на весло от неё какое-нибудь, хорошее и так далее, – там есть доля Истины. Любое лжеучение содержит в себе обязательно элемент Истины – иначе оно сразу будет очевидно ложным.

И этот принцип – что каждому даётся по вере его – он как раз именно здесь и работает; и в молитве он работает наиболее явно. Поэтому если ваша молитва … А молитва – это вещь, должна быть, по-хорошему, короткая; в смысле, что если у вас сильная необходимость, и вы её вкладываете и молитесь – вам ответ должен приходить достаточно быстро, если вы всё делаете правильно. Вот это факт, понимаете.

И, например, когда я молился об Истине – они же мне открывались; это не значит, что я пять лет молился, а потом мне в конце всё вдруг раз – и открылось; оно и приходило в процессе – то есть ответ приходил; но поскольку необходимость была, я продолжал молиться.

И, если вы молитесь … неделю, условно, десять дней, – я не знаю, больше нельзя, – и нет ответа – то у вас что-то не так; то либо вы … посмотрите, почему: либо у вас есть то самое неверие – вы не верите в то, что это возможно, – то, о чём вы просите.

Или же, например, вы считаете себя недостойным – ещё одно ограничение, очень часто встречающееся; человек считает себя недостойным – это у людей осуждающего нафса сплошь и рядом. Вы считаете, что недостойны – вы недостойны внимания Бога; вы считаете, что вы как бы не имеете права там что-то просить; вам внушили – это очередное представление, это внушение, что Бог – большое занятое существо, а вы там со своим, ну не знаю, насморком, который не проходит; и просите, чтобы Господь как-то подсобил, потому что – ну а что, а почему нет?

Понимаете, в чём дело: у суфиев есть такая пословица, что сначала Шейх служит своим мюридам, ученикам, а потом ученики, когда дорастают, начинают служить Шейху, помогая ему в его работе, сами становясь Шейхами и так далее.

Так вот, что я вам скажу: Господь служит людям – всегда, практически; и те из них, кто дорастают на Пути до возможности настолько себя изменить, трансформироваться и получить возможность восприятия, что могут следовать сознательно Его Воле – они начинают служить Богу.

Формально можно сказать, что все люди ему служат; но это служение механическое, о котором они не знают и которое даже можно, честно говоря, не упоминать.

Так вот: сознательное служение, – прийти к сознательному служению, – это начинать – начать отдавать Богу. Любое Высшее духовное существо служит тем, кто ниже, так или иначе – по-другому не бывает. И когда мы обращаемся к Богу в молитве – его ответ и есть это служение, по сути, нам; только мы этого не понимаем.

Всегда ставилось – поскольку очень долго стояла в человечестве задача перевести всех из повелевающего нафса в осуждающий … А по-другому никак было не сделать, кроме как не ввести вот много этих страшилок всяких, чтобы человек начал себя осуждать, чтобы появилась мораль и так далее.

Бог рассматривался всё время как существо, карающее бесконечно. Но по сути, если вы всмотритесь … И мистики всегда это знали, мистики всегда говорили, что Бог есть Любовь; и на Любви стоит мир – на этом притяжении; и если вы дойдёте до определённого уровня восприятия, вы это тоже увидите – как это происходит. И Его ответы на молитвы есть служение нам – как бы это странно возможно не выглядело с позиции опять же тех самых представлений.

И когда вы думаете, что вы недостойны – вы ограничиваете себя. Это всего лишь ещё одно представление, всего ещё одна лишь идея, которую вам внушили, которую вы приняли на веру; и поверив в неё – вы себя ограничили.

А когда вы верите, что вы недостойны – вы такими и становитесь, когда дело касается взаимодействия с Богом, понимаете. Это странно звучит, но это законы, которые введены для того, чтобы … Вот это самое – Милость для всех – она по-другому не работает; Милость для всех даёт вам именно то, что вы хотите, то, во что вы верите. Мы являемся участниками Творения – мы этого, может быть, не осознаём. Даже когда мы, например, молимся, выражаем свою неудовлетворённость, и Господь нам отвечает – это уже акт сотворения, совместного творения. Мы что-то попросили — это произошло; мы повлияли на мир – пусть на свой маленький мирок, но мы повлияли. И наша здесь активность, наша здесь жизнь, наше здесь сотворение второй природы этой всей – это тоже участие в Творении.

И если мы будем лишены свободы воли – то это всё станет бессмысленным, в этом потеряется элемент творчества; это будет тупое, механизированное, – как у любого искусственного интеллекта, – действие.

И представления – это то, что движет людьми; представления – это то, что задаёт их мнимую или явную свободу воли. Без них ум не может действовать вовне, – по крайней мере в состоянии, пока человек не трансформировал свой ум, вернее – не произошла трансформация его ума. И соответственно, ваша вера не затрагивается: Господь не меняет насильно ситуацию – вы должны её сами менять, если хотите; либо вы живёте в том, что есть – в тех представлениях, которые у вас есть, – и это ваша свобода воли.

Поэтому, когда вы молитесь и этого не происходит – посмотрите внимательно внутрь, посмотрите на то, насколько вы верите в то, что это может случиться.

Почему простые вещи … Люди молятся … вот у нас сейчас на практике с молитвой мы наблюдаем, что, люди молятся о простых вещах, которые – им очевидно, что это возможно, и это сбывается почти сразу; как только чуть вещи посложнее – там начинаются качели: то «да», то «нет» и так далее.

Потолок возможного – ваше представление.

Вы не можете их, – ещё раз повторяю, – вы не можете взять и насильно своё неверие обратить в веру; вам нужно посмотреть, вам нужно осознать, вам нужно посозерцать и отработать этот барьер; вам нужно понять, что это всего лишь идея в уме, не имеющая отношения к реальности. И даже весь ваш прошлый опыт – допустим, который строился из этой же идеи, и вы получали ровно по этой вере своей – уберите эту идею, и ситуация изменится.

Второй момент, из-за которого молитва не получает ответа – это желания.

Первый момент – вера в то, во что вы верите; второй момент – ваши желания. То есть: вы молитесь, – наиболее сейчас явно распространённый у нас пример из тех, кого я знаю, – вы молитесь о том, чтобы найти хорошую работу – и вы её не находите. И вы молитесь, и молитесь, и молитесь; и месяц прошёл, и два – никакой работы нет даже близко, а вы вроде как ищете.

Что мы можем об этом сказать? Я могу сказать сразу, что человек не хочет найти работу – он её не хочет. Либо он хочет того, что у него было там, откуда он ушёл, чего уже не может повториться – линия чего закрыта. То, из чего он вышел … то, из чего вы ушли – вы туда не вернётесь: есть вещи, которые нельзя вернуть. Если вы хотите продолжать развиваться: если та линия Узора закрыта, а вы пытаетесь её вернуть – это бесполезная вещь. Но, как часто случается, что люди … вот тоже полно случаев. Мы сейчас говорили про то, что человек себя ощущает недостойным. Есть другая история – когда человек разочаровался. Когда человек ощущает, что все его усилия пошли прахом, его желания не сбылись; он хотел чего-то добиться и этого не получил; и он разочарован; и он не хочет больше, в принципе, – по крайней мере в настоящий момент, может быть – может быть это не совсем уже конец, – но в настоящий момент он не готов прикладывать никаких усилий ни к чему. Но внешняя ситуация складывается так, что ему что-то же надо делать – а он разочарован, он внутренне в отрицании всего, он ничего не хочет. Но та часть ума, которая беспокоится, которая обусловлена тем, что ты же не можешь так просто сидеть; а иногда это просто начинает подпирать же, ну и ситуация – деньги кончаются.

И он вроде как начинает молиться – ну потому что делать-то всё равно ничего не хочется. Что-то начать делать просто невозможно – ну давайте попробуем: дадим Богу шанс называется, себя наконец проявить в моей жизни по-хорошему. И он начинает из этого состояния молиться; но его истинное желание – ничего не делать – по закону свободы воли … А он вроде как молится, он чего-то там вкачивает, потому что беспокойство есть; он – это беспокойство в уме – значит закачивает, ну типа: «Иначе же я помру»; а помереть на самом деле хочется – такое состояние, что лучше помереть, чем что-то делать.

И он из этого дела вкачивает, вкачивает – и ничего не получает; приходит и жалуется, и рассказывает; и мне пишут люди: «Я молюсь – столько лет ничего не происходит». Когда предлагаешь посмотреть такому человеку на его состояние – с возмущением начинает обычно отвечать, что: «Ну поучи ещё» – типа того что.

Бывают люди, например, которые … это даже не то, чтобы разочарованность, а направленность на саморазрушение: внутреннее самоотрицание настолько сильное, что они, в общем, живут так, чтобы фактически себя разрушить окончательно; алкоголь, разные другие вещи – как бы самонаказание такое постоянное.

И тоже: если они пробуют молиться – никогда не будет ответа, потому что их желания, их курс на саморазрушение – он поддерживается Милостью для всех; пожалуйста: хочешь саморазрушиться – твоя жизнь, насладись этим; получи удовольствие – если это тебе принесёт удовольствие – не вопрос.

И когда … Здесь дальше идут тонкости. То есть, есть большие вещи: когда ваше желание – главное, которое вы может быть не хотите осознавать, не хотите признавать; потому что вот это расщепление внутри, эта неискренность, это конфликт желаний, и самое главное – неготовность принять своё истинное состояние, – именно неготовность на него посмотреть, всё время держать как бы вот эту некую искусственную такую – искусственное представление о себе, – идёт вразрез и не даёт вам практиковать молитву эффективно.

Бывают вещи более тонкие: когда, например, вы не осознаёте, не готовы досмотреть просто … Иногда вы не видите своё состояние. А бывает ситуация, когда вы не готовы досмотреть своё желание до конца, потому что желание вызывает неудовлетворённость; любое нереализованное желание вызывает неудовлетворённость, из которой можно молиться – почему нет, вполне.

И, например, то же самое исцеление, – такой у нас сейчас в женских группах актуальный пример, когда люди начинают молиться за кого-то, – это не будет работать, если они не верят, что это возможно – раз.

Это не будет работать, если они не верят, что возможно именно исцеление. Иногда люди берут общее слово … вот вы поймите, что слово «исцеление» – оно такое большое, это широкий … Когда мы молимся об исцелении человека – это же посыл, что у него должны пройти все хронические болезни, получается, – и все острые, и все наследственные, и все, какие вообще возможны. То есть это настолько широкое поле, что … Господу работы на неделю, как минимум, понимаете, получается. И когда вы молитесь либо о себе, либо за кого-то … Я знаю просто случаи, когда человек молится, потому что – ну надо бы помолиться за больного. Но при этом он не верит, что исцеление возможно; и он надеется, что, когда он молится за исцеление, произойдёт облегчение человеку, просто. Боли будет меньше, допустим, меньше страданий; смерть будет лёгкая, если уж она неизбежная с его точки зрения, – между прочим, вполне реальная ситуация: я сейчас говорю о том, что было не так давно здесь у нас. И если вы посмотрите внутрь – из-за чего, из какого вы побуждения начали молиться, – и о себе когда вы молитесь, например, в той же степени, – вы уже досмотрите до конца, во что вы реально верите, и чего вы реально хотите. Если вы не верите, что вы можете быть исцелены – просите облегчения страданий, – или что кто-то не может быть исцелён. Всегда есть уточнение.

Когда вы просите, чтобы человеку было – чтобы человек стал счастлив … Бывает такое, что люди молятся за других: чтобы у него всё было хорошо – это такой широкий посыл. Хорошо, если у вас это именно так это и формулируется: чтобы все его линии узора вдруг выстроились более-менее прилично, и он стал – у него… все его внешние сложные обстоятельства разрешились; может быть – почему нет. Но посмотрите, может быть, есть уточнения: в чём конкретно у него должно быть …

И, когда вы молитесь широко, а реально имеете в виду некую узкую часть, что вы готовы, – по вашим ограничениям, по вашему представлению и видению ситуации, – и вы считаете, что вот это может случиться, это сработает – тогда вы и сузьте; не кажитесь себе слишком хорошими, не будьте – не пытайтесь выглядеть такими людьми, которые прямо молятся за весь белый свет, которые прямо молятся за счастье для всех. Выберите то, что для вас реально, помолитесь об этом – и это сработает.

Чем вы будете брать большие вещи, красивые, питать отчасти своё эго, что вы вот всё-таки тут участвуете и молитесь о хорошем – но при этом внутренне для вас это совсем не то. «Всеобщее благо» – вы же под этим что-то подразумеваете, например, когда мы так говорим. «Гармония».

 Любое широкое слово – оно всегда сужается, понимаете. И уж если вы кому-то желаете добра – так сформулируйте его точно; если вы себе желаете … но своё … У нас, всё-таки, научные люди формулируют более-менее точно – и то иногда это бывает настолько сформулировано расплывчато, что всегда можно уточнить. Если вы не верите в это – не молитесь об этом. Работайте со своим неверием – это будет куда более полезно для вас в итоге: вы избавитесь от какого-нибудь представления, чем вы будете просить о том, что всё равно не сработает; это как всё равно стучать в закрытую дверь, причём которая никогда не откроется – дверь нарисована на стене, понимаете. Это важные моменты.

В общем, из двух вот этих – момента веры и момента истинного желания – состоит вся сложность молитвы. Есть ещё вещи адекватности – связанные с адекватностью восприятия. То есть, это редкий случай достаточно, но о нём тоже нельзя не сказать; что когда, например, вы неадекватно расцениваете ситуацию – молитесь о том, чего не может быть в принципе; о том, что требует нарушения законов Бытия, которые для вас, простите, нарушены не будут всё-таки, потому что мир создавался не для того, чтобы разрушить его по вашему желанию.

Бывают моменты большой неадекватности, и такие случаи тоже встречаются. Здесь надо понимать, что ответ на необходимость, – если вы молитесь правильно, если необходимость у вас ясная, – ответ вы должны получить быстро. Но если вы молитесь о том, что …, например, об открытом Сердце: об открытии Сердца, когда вы, в общем ещё – у вас много достаточно нерешённых проблем, которые этому препятствуют.

Здесь надо понимать, что ответом будет не открытие Сердца, например. Здесь надо понимать, какие бывают препятствия – ну не то, чтобы препятствия, а какой ответ может быть воспринят, который не будет вам выглядеть, как ответ. Потому что, если учесть, что блокирует сердечный центр подавленная печаль, – глубоко, подавленная печаль от нереализованных желаний, – то ответом на вашу молитву об открытии Сердца может быть обострение этой самой печали; она должна быть сброшена, она должна быть вами осознана, вы должны от неё быть очищены, вам надо с ней поработать. И вы, вместо того, чтобы получить то, о чём вам сразу бы хотелось, – по щелчку, – вы получите ухудшение состояния. Но – в итоге, это вас приведёт, – если вы будете продолжать эту же линию, – в итоге это вас приведёт к тому, что ваше Сердце откроется. Но придётся пройти Путь, который как раз … то есть это произведёт ускорение Пути, ускорение этой вашей молитвы – вы можете пойти именно по тому кратчайшему Пути, который вас приведёт к желанному состоянию.

Потому что надо понимать, что любые вещи, которые произошли раньше времени, любые подобного рода изменения: что там Просветление полное, – достижение полной осознанности, – что открытие Сердца, – там, где мы начинаем иметь дело с энергиями куда более серьёзными, и по объёму куда более значительными, чем сейчас, – могут нарушить баланс тела; и это дело закончится тем, что связь с физическим телом будет утрачена; и всегда нужна подготовка.

И молитва – это мягкий способ как раз к этому прийти; но ускорить процесс весьма сильно – безусловно. Это так и бывает.

Молитва – это мягкий способ; достаточно мягкий, гармоничный способ участия в Творении. И молиться, в общем, можно обо всём. Понятно, что, в силу того, что в разных религиях было описано о чём молиться точно нельзя, – в заповедях и так далее, – что Господь не поддержит – то о таком люди и не молятся, слава Богу. Для этого существует Магия – жёсткий способ воздействия на мир; и попытки жёсткого способа всё поменять, которые приносят в результате дисгармонию тем, кто пользуется, и дисгармонию в мир.

Молитва же приносит гармонию, как правило, – и в вашу жизнь, и в мир, если вы – если вы молитесь так, что ваша молитва работает. Вот это самое сотрудничество с Богом, сотворение определённое – это весьма интересный опыт. И любой, кто молится искренне, из необходимости – получает ответ. И учитывает все вот эти вещи – ещё, может быть, не видит их, но сейчас у вас есть возможность на это посмотреть, и вы это увидите; и можете избавиться от препятствий, которые вам мешают.

Это очень полезный опыт. Это то, что ускоряет Путь, и это то, что открывает вам Истину Бога, потому что когда вы с Ним начинаете взаимодействовать – вы видите проявления эти чудесные. Потому что чудес на Пути молитвы очень много. Вещей, которые, казалось бы, не могли осуществиться – они осуществляются; и исцеления происходят; и внутренние вот эти продвижения случаются. И любой человек, который идёт по Пути молитвы, как и по Пути осознанности, – они ускоряют друг друга, эти Пути, безусловно, соединение – это самый прямой Путь получается, – те видят многие чудеса и чудесные состояния.

Формулировка молитвы может влиять, кстати, тоже на то, чтобы молитва не сбылась.

Мы наблюдали не так давно пример, когда один у нас товарищ просил о ситуации в отношениях своих. Он просил: «Дай мне отношения» – я сейчас не помню точную формулировку – «Дай мне наладить» – как-то в общем, – именно формулировка была через «дай»; и была она связана с тем, чтобы вот какую-то личную жизнь свою обрести – и ничего не случилось; с ним случилось то, что показало, что это невозможно.

Есть вещи, которые вы должны делать сами; есть вещи, которые Господь за вас не сделает; есть вещи, в которых вы не можете просить «дай», а вы можете просить только «помоги» – и это тоже вопрос вашей адекватности. Когда вы готовы, если у вас реально есть желание …

Понимаете, когда вы просите «дай», – с точки зрения эгоистического контроля, – когда вы говорите «избавь меня от страха» – вы предаёте себя в руки Господа. То есть с точки зрения Пути это выглядит вроде бы правильнее, чем «помоги мне избавиться от страха», потому что тут вы оставляете контроль за собой: вы будете прикладывать усилия, а Господь, значит, вам будет иногда – под локоть так прямо подтолкнёт чуть-чуть. Если вы говорите «избавь» – вы предаёте себя в Его руки: Он вас приведёт в ситуацию, где это станет возможным.

В том же, что касается внешних действий, если вы просите: «Господи, дай мне средства к существованию» – уж простите, вы значит ничего не хотите делать. И это опять идёт вразрез; это значит, что вы хотите сидеть прямо вот ровно, и чтобы кто-нибудь вам внезапно назначил пожизненную пенсию, высокого-высокого, так сказать, суммою большой; чтобы вы могли сидеть и дальше спокойно, и созерцать, как вам всё надоело в этой жизни, понимаете.

Поэтому здесь, – именно формулировка в том, что касается внешних действий, внешней жизни, – «помоги» бывает гораздо адекватнее «дай»; и вы должны смотреть на что вы реально готовы, уж если вы начали просить.

Если вы готовы работать – то «помоги найти работу», а сами вы её ищете в этот момент. И вы тщательно взвесили, на что вы готовы, насколько ваша необходимость высока; вы готовы пойти на пост только замминистра, или вы всё-таки готовы поработать пойти уже где-то на простой работе за меньшие деньги, куда вас реально могут взять. Этот момент тоже очень важен. В том, что касается формулировки «дай» и «помоги» – это важные моменты в том, что касается внешнего.

То, что касается внутреннего – я объяснил; внешнего – здесь всегда есть нюансы, которые надо внимательно просматривать, чтобы вы точно понимали, что же вам нужно и к чему вы готовы на самом деле.

Вопросы ещё есть?

 

Я хотела уточнить: вот молимся мы для себя в ситуации своих проблем, а в какой ситуации всё-таки имеет смысл молиться о других?

Молиться о других имеет смысл только когда есть собственная большая необходимость, чтобы с этими другими что-то произошло хорошее; если эта необходимость прямо есть – то конечно, её надо выразить в молитве.

 

Вы приводили пример, – молитва об исцелении, – и говорили, что не надо говорить: «Господи, исцели меня от подагры», то есть не называть конкретно свою ситуацию, а нужно просить именно об исцелении.

Опыт показывает, что сложные слова плохо заходят. То есть вот эта вся терминология медицинская, например: «подагра», «гастроэнтерит», «энтероколит», «цистит» и всё прочее – оно как-то не ложится, оно вот как-то не воспринимается. … Есть принцип Божественной простоты: общение с Богом, взаимодействие с Богом – это очень простые вещи. Это всё, не забывайте, что существовало в той же форме, как и сейчас, миллион лет назад, когда человек только появился. И тогда, когда никто этих слов не знал, как-то всё – люди общались и взаимодействовали с Богом всегда. И почему-то эти слова плохо проходят, плохо воспринимаются; и поэтому лучше уж уточнять: «болезни суставов» – как-то вот так; и то проще: «костей», «ломоту в костях» – серьёзно. Это вот опять – чисто из опыта; поэтому можно уточнять – но надо уточнять всё-таки стараться, чтобы это было проще по возможности.

Но, опять же: кто мешает просить и так, и этак? Поставить эксперимент, и потом сказать, что нет – «подагра» заходит, пожалуйста; Господь знает такое слово и прекрасно прямо, с удовольствием.

 

Про веру: то, что вы объясняли, я себе представляла, что вера всё-таки это тоже какое-то представление, некая убеждённость, которая существует в уме. …

Всё правильно, мы же говорим о вере, как ограничении – безусловно.

… Но тем не менее Вы привели пример про просветлённого: что если мы его видим – мы обретаем веру; то как раз и эта убеждённость – она позволит пройти; но она же может быть и поверх каких-то других представлений, которые …

Здесь вопрос всё-таки, когда мы видим, что человек именно так дошёл – это для нас некая форма знания, она вызывает доверие: мы в это можем поверить, что это возможно.

А дальше: когда я говорю о вере, мы говорим как раз не столько о том, что … Любая вера – это ограничение, конечно, безусловно мы и говорим об её ограничениях: если у вас нет ограничений – вы допускаете, что возможно всё.

Можно ли это назвать верой? Я не знаю, это допущение; это вы вообще об этом не думаете – вы просто видите необходимость, вы её выражаете, и всё. И у вас нет там потолка, который говорит, что выше вот этого не прыгнешь.

Поэтому вера – конечно, ограничение; вера – конечно набор представлений; но – вера помогает. Вера в то, что возможно, например, Просветление за счёт молитвы – она поможет, она сработает.

Любая молитва сработает, если у вас есть должная необходимость, нет ограничений вот этих самых – противостоящих желаний и потолка веры – вы получите ответ, если это необходимость истинная; всё – не вопрос.

 

А если существует при этом атеистическая убеждённость, и там так глубоко?

Тогда это потолок веры. Это та самая вера, которая не даст … Мы же сознательно читаем молитву. И если будет выходить эта атеистическая убеждённость – она почувствуется, она почувствуется, как тонкий слой убеждённости в том, что всё это зря, что всё это не сработает.

Я в своё время, в начале нулевых, – я не помню, в каком году, – эту атеистическую убеждённость у себя обнаружил и был крайне удивлён. Уже к тому времени в общем-то с реальностью существования Бога у меня было всё понятно: у меня было знание – я знал, что это всё существует. Но атеистическая убеждённость лежала; и когда она всплыла, в общем, целый вечер я на неё смотрел как-то раз, пока она рассеялась; но тем не менее это было, и этот слой всё равно давал своё ограничение во взаимодействии, безусловно. Так что ...

 

Убедиться хочу ещё раз, что правильно я понимаю, что «дай» и «избавь» – с одной стороны, и «помоги» – с другой стороны, по качеству, – эта просьба, эта молитва, – они не отличаются, и, если есть соответствующая необходимость?

По качеству не отличаются. Просто здесь – мы просим, чтобы Господь сделал большую часть работы, а здесь – мы на себя берём эту часть, а Он нам помогает.

В «помоги» – мы работаем и получаем помощь, мы не просим. То есть, например, я вчера, в рамках подготовки к этой лекции, попросил: «Господи, помоги мне прочитать лекцию эту»; а мог бы попросить: «Господи, прочитай эту лекцию» – но не стал, как честный человек.

 

Попросили бы – мы бы Его увидели.

Вот, не факт.

 

Это было бы нарушение законов.

Да, это боюсь, что, чтобы Его увидеть – всем надо срочно покинуть тело.

 

А откуда рождается молитва?

Из необходимости. Откуда она рождается. Здесь нет слова «рождается» – она рождается из ума, формулируется она в уме. Рождается она из необходимости, из потребности в помощи, в Высшей помощи. Потому что уже со всех друзей мы уже всё взяли, что могли, и взять с них больше нечего, а Высшая помощь нам нужна; и мы понимаем, что без вмешательства некой Высшей силы, – присутствие которой мы ощущаем, интуитивно чувствуем, а может быть и прямо чувствуем, – нам не обойтись; вот из этой необходимости это и рождается – из этого переживания, ощущения. Это всегда чудо.

Я много лет иду по этому Пути, и для меня каждая, очередная молитва, которая свершилась – всегда чудо; я ничего не могу … это всегда для меня ново. Я не могу к этому привыкнуть – к этому невозможно привыкнуть; это всё время как будто – ты стоишь изумлённый всегда. Может у меня восприятие такое – я не знаю.

 

А молитва из желания, эта необходимость и желание – они соответствуют?

Необходимость бывает из нужды. Ты голоден – это нужда; а уже съесть большой обед, барашка целого – это уже желание. Понимаешь разницу?

Да.

И бывает из необходимости из чистой. Есть необходимость в том, чтобы понять, например. Его можно назвать желанием. Из необходимости, из нужды растут желания – на их фоне растут желания, потом. Желания растут и без необходимости, хотя всё равно любое желание так или иначе будет зацеплено на какую-то нашу необходимость – в комфорте там, не знаю, в удовольствиях, впечатлениях и так далее.

Но: желание, сильное желание создаёт острый дискомфорт, – нереализованное, – а сам по себе этот дискомфорт, любое неудовлетворённое желание – оно … Представьте себе сильное желание: вы спать не можете, оно вас выжигает изнутри – это уже необходимость; и вы из этой необходимости можете молиться, конечно.

Либо о том, чтобы, – если вы понимаете, что ваше желание несбыточно, – вы можете молиться о том, чтобы Господь избавил вас от этого желания; либо вы можете молиться о том, чтобы это желание осуществилось. Всё.

 

Вопрос: не то, что разница между молитвой и зикром – а можно ли считать зикр в какой-то форме формой молитвы? Например: я хочу быть спокойным, и я читаю зикр «Спокойный» – или я помолился: «Господи, сделай меня спокойным»?

Это неправильно. «Избавь меня от беспокойства».

 

Ну, или да: «Избавь меня от беспокойства», что-то близкое если будет – это также работает, или это всё-таки разные вещи?

Это разные вещи. Когда мы работаем с Именем Спокойный в зикре – это качество, это атрибут Бога – как энергия спокойствия – начнёт проявляться в нашем внутреннем пространстве; начнёт там как бы материализовываться, кристаллизоваться, накапливаться, – как угодно можно сказать этот процесс, – проявляться. И потребуется, в общем, достаточно много времени, чтобы, во-первых, его хорошо проявить и как-то закрепить. Но источник беспокойства при этом останется, – он будет заглушён, относиться будешь спокойнее, – но источник беспокойства, – если там есть страх, если там есть идея какая-то, тревога, что-то ещё, – источник беспокойства будет продолжать периодически давать себя знать и раскачивать это спокойствие.

Если ты молишься: «Господи, избавь меня от беспокойства» – ты можешь быть лишён совсем … и окажешься спокойным, в принципе, потому что больше не беспокоишься, из-за того, из-за чего беспокоился раньше.

 

То есть получается, что молитва эффективнее?

С этой точки зрения – да. Это два разных метода – они немножко на разные вещи направлены; но молитва, конечно, эффективнее.

Мы не говорим: «Путь зикра»; мы говорим: «Путь осознанности» и «Путь молитвы». Хотя теоретически, путь зикра тоже может быть, как отдельный Путь; но, если брать вот именно в масштабе: духовная часть Пути – Путь осознанности; мистическая часть Пути – Путь молитвы, Путь взаимодействия с Богом. Молитва сильнее, конечно, чем зикр.

 

Хотела бы спросить по поводу адекватности. У сына были сложные отношения с наркотиками, с алкоголем. Я молюсь о том, чтобы Господь помог ему избавиться от этой зависимости. После этого я спрашиваю его, – я же вижу его как мать, его плохое состояние, что он катится по наклонной, – и он говорит, что у меня всё прекрасно, у меня всё хорошо, я беззаботен, и в принципе, меня всё в моей жизни устраивает.

Не получается, что у меня подмена: я вроде молюсь о благополучии сына, а по итогу как бы здесь подмена понятий того, что я молюсь о своём спокойствии о нём? Ну, чтобы мне Господь как бы дал спокойствие за его жизнь, что он своей жизнью доволен – это я недовольна своим беспокойством о нём. Вот насколько это адекватно, эгоистично, и как в этом разобраться?

Понятно, что хочется для сына наилучшего варианта, чтобы он не пил, не курил, как говорится, и был здоровым человеком. Но, если это невозможно?

Дело в том, что «помоги ему избавиться», например, от зависимости – будет работать только тогда, когда он будет прикладывать попытки от этого избавиться. Вот по-другому не будет работать. Если он сам ничего для этого не делает, то помочь ему нельзя. Молиться о том, что «Господи, избавь его» – это может кончиться тем, что избавление будет вместе со смертью. Ну как? Если по-другому никак. Или это будет болезнь такая, в которой он реально не сможет ничего принимать – есть же и такое, бывает такая непереносимость какая-то, такая жёсткая появится.

То есть, здесь … Либо надо быть прямо очень святым человеком: когда ты так молишься и так думаешь о человеке хорошо, что зависимость уходит мгновенно. Но опять: он должен попросить об этом – иначе нарушение закона свободы воли происходит.

Если человек хочет оставаться в чём он остаётся, а мы просим, чтобы Господь его из этого вынул – то мы вступаем в конфликт с Милостью для всех, со свободой воли. Он хочет быть в этом, а мы просим, чтобы: «Господь, ты нарушь вот этот принцип, по которому всё устроено, и сделай вот так, как я хочу: чтобы он … – давай его поставим в стойло, наконец-то». Это не сработает никогда.

Человек, если он придёт и скажет: «Мама, я пытаюсь, но у меня не выходит» – вот тут пожалуйста: сразу можно молиться о том, что «Господи помоги», «Господи избавь», всё сделать можно. Если человек не просит – это никто не может помочь. Или просит под давлением. Это сложно.

Поэтому надо молиться о том, чтобы … О чем? О своём душевном спокойствии – чтобы это перестало … Не знаю, как тут, здесь надо … Вот этот вопрос очень сложный.

О принятии – о принятии ситуации; ну не знаю, как-то вот так.

О вразумлении.

О вразумлении, о том, чтобы да – чтобы может быть он увидел. Есть предложения?

Это же повернуть призму ума таким образом …

Да, чтобы он увидел, что это ненормально всё.

О вразумлении можно просить, да, в данном случае.

Получается конфликт интересов фактически?

Да.

Я склонен уже закончить волевым образом. Я только встал с этой – со смертного одра, практически. Прошу.

 

У меня такой опыт, что «избавь меня от гнева» – и разрешается эта проблема, ты видишь, что часть гнева сходит; но это не происходит избавление от всего гнева, – ну так со страхом бывает. Вот это связано как-то с текущей необходимостью: то есть эту молитву надо продолжать теперь постоянно; либо это связано с потолком моих возможностей ...?

С потолком представлений. Здесь же потолок представлений есть, что не всегда хочется избавляться от гнева – гнев же даёт энергию такую, гнев даёт орудие, практически – оружие.

Здесь надо понимать, что люди не могут избавиться от желаний, – я про это говорил, – потому что не хотят от них избавляться, это классика. Вы можете молиться об избавлении от желаний, но оно не уйдёт, потому что что-то внутри вас хочет, чтобы это желание реализовалось, вы не готовы от него отказаться.

Так и с гневом. Гнев нужен. Гнев – праведный. Надо же понять … Пока вы не поймёте, что ваш гнев разрушает в первую очередь вас, и он бессмысленный; пока вы будете верить в то, что гнев – это не просто ваша реакция вашего неудовлетворённого желания, а это гнев праведный, гнев справедливый, гнев, который вообще заслуживает воплощения, – потому что тот, на кого он направлен – человек нехороший и неправильный, он должен получить по заслугам от кого-то, и от кого, если не от меня, – то от него вы не избавитесь никогда. Это будет противоречие, вы будете хотеть, чтобы – да, чтобы он был воплощён.

Понимаете, пока у вас не обесценится ваше внутреннее вот это содержание … Оно должно быть обесценено. Если вы будете видеть, что все желания вас уводят в одну и ту же колею, что это всегда просто бег по кругу, в котором одно страдание сменяет другое с короткими промежутками радости – вам будет очень легко от этого избавиться сразу. Как только у вас это видение появится, вы скажете: «Господи, зачем я в этом живу?»

Но мы же так не видим. Нам же кажется, что, если это желание воплотить, – это же прямо, праздник же будет у нас: будем петь, плясать, веселиться; а что есть выше на этой Земле, чем хороший праздник – ничего практически, понимаете.

Поэтому вы сами держите. И когда мне начинают говорить … Я знаю, например, что в рамках того, что я сегодня сказал, ко мне можно предъявить претензии, вполне.

Когда я говорю, что этот мир создан для людей, что Господь нам служит, – и мне сразу предъявят все виды страданий человеческих. Но товарищи: большую часть страданий мы создаём себе сами, уж извините. И уж коли на то пошло, когда мне начнут говорить про умирающих детей и про всё остальное – если бы люди не были алчными и сумели хоть чуть-чуть друг с другом договариваться, всё это можно было бы изменить. Вот правда, понимаете.

Но человек – природа человека такова, что люди низших нафсов предпочитают жить для себя, ничего с этим не сделаешь. И можно об этом сетовать, можно говорить как угодно – но вот Творение устроено так, в нём есть обе стороны: зло и добро, иначе не будет развития никакого. Ну и так далее.

 

Страх – зачем он?

Страх? Мотиватор. Желание – мотиватор, и страх – мотиватор.

 

Почему не получается – от страха хотелось бы полностью избавиться...

Ну, потому что – ну а как без него? Как перестать бояться смерти – ну как?

Так хочется жить … Там желания – с каждым страхом завязаны желания; и если хочется жить – как избавиться от страха смерти? Никак.

Если хочется, чтобы с детьми всё было хорошо – как избавиться от страха за детей? Никак.

Если хочется пожить подольше, подышать воздухом, свежим, посмотреть, чем всё кончится – как вот: как вы будете, как вы можете избавиться от страха, что вы умрёте раньше, чем кончится какой-нибудь сериал бесконечный? Невозможно же, понимаете.

Вот ловушка где. И здесь привязанность к собственному вот этому желанию, она и есть главная – главный пунктик, на котором всё и держится.

Перестанете цепляться за жизнь – у вас не будет и страха её потерять.

И кстати, пока вы не перестанете цепляться за свою жизнь, и за своё чувство собственной важности и за всё вот это – вы не продвинетесь на Пути, это нереально.

Вас вот этот потолок будет как раз ограничивать. Потому что служить Богу, прийти к сдаче Воли вы можете только тогда … ну не только тогда. Вы может придёте раньше, но именно в следовании Воле вы сможете вырасти в этом служении – если вам станет безразлично: будете вы дальше жить или умрёте – когда у вас будет ровное к этому отношение. Ну там есть свои условия.

Это тема для другой лекции.

Всё на сегодня, товарищи.